Никто не рождается вновь

Когда вы достаёте белые листы,
что искушают вас взять их силой
всей ненавистью вашего умения,
И потом, когда вы их читаете
с зажжённой сигаретой между пальцами,
слегка успокоенные и тяжело дыша,

и ещё позже, когда они вам уже не нравятся,
и вы думаете, признать ли, что плод — ваш,
и после того, как лишите себя наследника,
а их — родителя,
пиная сломанную спираль
к совершенству,
ворча и напевая в ванной,
пока моетесь,

пересохший родник вашей песни —
вдали, чтобы вы её не услышали,
рождается вновь ради вас.