Знаешь ведь, как летит время?

Вот, уже чувствую.
Догадываюсь. Даже знаю, что тебе снится другой.
И вспоминаю, что прошлое не так уж важно.
Не для снов.
А даже если б и было, старая подруга,
чего стыдиться?
Кто-нибудь растолкует тебе на кофейной гуще
или во сне. Спросонок.

Сейчас я улыбнусь и пройдусь под светом,
падающим с деревьев с жёлтыми и красными листьями
на бурую траву, приятельница. Неприятельница.
Неважно. Нет причины. Нет.
Иногда так бывает.
Этому я научился у людей, которых ранил.
Они говорили:
«Бывает так иногда… Не серчаю я…»

И я так сделаю.
И не сержусь на тебя. И не забываю,
но и ступаю с прохладным одиночеством,
просочившимся под воротник.

Даже не больно.
И на самом деле не помню.
Не то чтобы забываю. Не запоминаю.
Понимаешь меня, да?
(Это только выражение, не вслушивайся так уж очень.)

Мы даже не познакомились.
Да и незачем было.
Трудно смотреть в души
глубоко. Подолгу.
Даже неприлично, а?

Лучше, рассеянно глядя в окно,
плескать волночки по поверхности тротуара.
И дуть в ладони, чтобы спрятать хорошее настроение.
Мелкий это был дождь, приятная Неприятельница…

(Сейчас вспоминаю, что давно мне ничего не снилось.)

…даже наши взгляды на прохожих
мелки, старая доброжелательница.

Кислый этот кофе, который я не допью.

И горькие улыбки
буду кривить в гримасу
всё реже и всё короче.

Ты знаешь, как летит время.
Иногда так бывает…
Дрынь, дзынь-дзынь, дрынь.
Дрынь-дрынь…
Волночки по тротуару…

Я пойду уже…
Иду учить свой урок.
Тот, кармический:
что человек один.
Не одинок…

Да… И до скорого… Да…
Будем на связи.
Конечно…

Ещё снаружи, покачиваясь по тротуару,
я вспомнил, что чувствовал.
Даже знал, что тебе уже снится другой.
Но уже забыл и тебя,
и себя. И нас двоих —
и меня, который уже знает,
и тебя, которой уже снится.

Я шлёпал подошвами по мелким волночкам,
оставленным нашими руками,
и улыбался другим незнакомцам на улице…

…и полное, тёплое одиночество
растекалось по моей улыбке,
как старый коньяк,
пока я оборачивался помахать на прощание.