Пир Ахилла, щит Ахилла, палатка Ахилла,

по рассказу черепахи,
которая пришла первой.

Он завязывал бабочку,
и всё ему мерещилось, как
откуда-то войдут многочисленные рабыни
его матери.
Помогут ему.
Завяжут узел.
Совершенно безупречный.
Поправят воротник.
Отряхнут лацканы фрака.
Молча поклонятся.
До земли.
Выходя.
На его далёкой родине.

Вглядываясь в отзвук
самого себя
и в маленькие осколки
своего лица,
возвращающиеся
от щита,
зеркала-заместителя,
и в своё дыхание,
спрятанное в пригоршнях,
он тихо пробормотал:
«Время для пира, Елена.
Не для героев...»

Чуть позже
восточный ветер,
любовник волн
и чародей скал,
облизывал палатку снаружи,
обещал ей немыслимые наслаждения,
и она, слабая,
легко соблазнённая,
вспомнила
сказку одной черепахи
про одну девочку,
которая поехала на бал
в самой красивой карете и
на самых белых конях.

Её мечты никогда не засыпали
до полуночи,
и она, чтобы не остаться одна,
бодрствовала вместе с ними.